[Брет Харт: Хитман] Глава 4: Пуэрто-Рико…

От Администрации: по техническим причинам мы не смогли выпустить главу во время — в понедельник. Джамал переслал перевод в срок, но на сайте были некоторые проблемы, по причине которых некоторые рубрики не вышли в свет в срок. Поэтому наслаждайтесь и не ругайте переводчика!

Слово Джамалу… И Брету Харту!


Я не хотел больше быть обычным водителем или разнорабочим на ринге, я хотел шагнуть на него и испытать то что чувствуют истинные рестлеры. Мой дебют состоялся 2 Мая, 1978. Зрителями моего «триумфа» стали около сотни людей — пьяницы, умственно отсталые дети и прочие любители рестлинга. Матч я провёл нормально и даже победил, после боя ко мне подошли Хито и Сакурада, похлопали по спине и сказали «Так держать». Для горстки фанатов я был обычным водителем, но в ту ночь я предстал перед ними совершенно в новом обличии. В ту ночь, я сидел в баре, довольный собой, как вдруг подошёл какой-то мужик и сказал «Эй, Харт, здорово ты его уделал!»

В нашу федерацию присоеднилися, новый боец, родом из Англии — Том Биллингтон. по кличке «Парень-динамит». Он был младше меня на 2 года, у него были светлые волосы, угловатое лицо. Он не употреблял алкоголь, не курил. Он был неуверен в себе, и через несколько дней вышел на ринг. Такого не ожидал от него никто, он был невероятно подвижен, ловок и вообще был акробатом. Мне тогда стало завистно и я хотел научится у него всему этому, но он держался на расстоянии от меня. Тем временем мне предстоял второй бой, это должен был быть Таг Тим, я с Пэдди Райаном против Динамита и Стива Новака, 280 фунтового бугая. Но последний отказался работать с ним, и оставался один выход, бой один на один, я против Динамита. Я в голове уже примерно представил бой с ним, но и Пэдди, и я знал что мне ещё далеко до его техники.

Настало время боя, до матча я с ним обговорил все детали. Он таскал меня с одного турнбакла, на другой, фанатов это радовало. Всё это привело к тому что он сломал мне нос, а лицо «разукрасил» своим локтем, в этом были виноваты и он и я. После боя я подошёл к нему и попросил чтобы в следующий раз он был осторожнее.

Несколько дней спустя, Смит и Брюс начали разговоры о поездке в Пуэрто-Рико. Они хотели устроить там несколько боёв. Но в последний момент Брюс передумал, но билеты были куплены. Брюс предложил мне отправится в Пуэрто-Рико. Мой знакомый рассказывал, что фанаты там какие-то дикие, и за скучный бой могут избить бойцов, причём по-настоящему. Пуэрто-Рико было опасным местом для работы, чтобы «выжить» там надо было выкладываться на все сто во время боя.

Наконец, мы прилетели в Сан-Хуан, но нас никто не встретил, мало того, мы не знали где находится офис, поэтому переночевали на грязном полу в аэропорте, используя чемоданы как подушки. Но нас разбудили и отправили в отель Танама. Поверьте, грязный аэропорт был в разы лучше этой богом забытой дыры. Рядом с отелем находилась тюрьма, кондиционер в нашем номере не работал. Ночи в отеле были ещё шикарнее, мы открывали окно в надежде хоть немного проветрить помещение, и слышали вой сирены в тюрьме, споры уличных проституток которые не поделили клиента.

Мне не хотелось есть местной пищи, поэтому я бродил в городе, и наконец отыскал Бургер Кинг. Перед Кингом я встретил паренька, которого звали Кикай. Он хорошо общался на английском, и хотел пригласить меня на Фиесту. Я сказал что не могу оставить своего брата одного, в номере.

Мой первый матч в Пуэрто-Рико состоялся с крупным американцем по имени Майк Йорк, он был невероятно волосат, как здоровенная горилла. Я поднялся ринг и ужаснулся, хотя с момента приезда сюда я ужасался каждый день. Ринг был невероятно грязным, с остатками пота, и масла. Невероятно скользкое покрытие должно было очень помешать. Майкл был неуклюжим но всё таки берёг меня и не так уж сильно колотил. Бой начался но на таком ринге ничего нормального показать не удалось, единственно что я хотел провести это удар ногой в лицо, и то поскользнулся и упал на спину. «Мне больно, Майк» сказал я. «Нам лучше пойти домой». Для завершения матча, он проделал несколько финишеров, затем он удержал меня и сказал в ухо «Извини, братишка, спасибо за матч». Толпа аплодировала, а я отправился в раздевалку в надежде найти лёд, ибо спина болела невероятно. Приложив лёд к плечу, я вдруг услышал из зала «Андале! Андале ! Андале!» В зале начались беспорядки, вся администрация, охранники и другие работники были в крови, надо было думать как уйти отсюда живым. Ко мне пришли охранники, они провели меня через толпу, защищая железными стульями. Ножей не было видно, но их звон отчётливо слышался. Отойдя метров на 20-30 от эпицентра, я увидел судью, который отбивался от разгневанной толпы железным стулом, но вдруг кто-то мощно двинул ему по лицу, и он рухнул на пол без чувств. Мне хотелось помочь, но подойди я туда, меня уложили бы точно так же. Теперь я понял почему Брюс не захотел приезжать сюда и желал остаться дома.

Возвратясь в отель, я почувствовал дикую боль в плече, я не мог даже двигать рукой. В отчаянии я объехал всех докторов, лекарей и др. сомнительных специалистов. Мне удалось найти формацевта который дал мне мешочек со странными таблетками, но выбора не было.

Рядом с нашем отелем (в метрах 300-400) был отель для Американцев. Он был слишком дорогой, но его шведский стол того стоил. Мы утром раньше всех занимали очередь, чтобы нажраться до полу смерти. В принципе только тогда мы нормально и питались. Также мы часто ходили на пляж, загорать. К концу недели когда моё плечо выздоровило, я был настолько загорелым, что меня считали пуэрто-риканцем.

Кажется всё Смиту было непочём. Он познакомился с горячей латинской девушкой Марией, он рассказывал (а чаще приукрашивал) о том как они богато живут в Канаде, какой у них огромной дом и какой у него Кадиллак.

По вечерам я отправлялся на пляж, ночью пляж был особенно притягателен. Горящие вдали красные огоньки кораблей, мелкие крабы гуляющие по песку, а я сидел себе на камне, потягивал апельсинового сока и надкусил плитку шоколада, и вдруг понял: рестлинг это сложно, а здесь вдвойне, здесь фанаты могут поклоняться вам, но за один неверный шаг могут спустить кишки. Что бы со мной не было я буду выкладываться на все сто подумал я про себя.

Я всегда считал что рестлинг не так опасен как та же борьба или бокс, но я ошибался. Со мной на ринг вышел Кинг-Конг, 350 фунтовый бугай из Аргентины, для него я был куском мяса, он швырял меня как ему хотелось, вконце он так прыгнул на меня, что на миг мне показалась будто из меня выкачали весь воздух, после боя он улыбнулся и пожав мне руку сказал «Грасияс» (спасибо. на испанском) я тоже ему улыбнулся а про себя подумал «Да пошёл ты, жиртрест».

Но нежданно негаданно мне повезло. Меня пригласили на какой-то матч на центральном стадионе. Это было и круто и страшно одновременно, круто потому что я получил бы известность и любовь и спустя годы рассказывал бы об этом своим детям. Опасно потому что один неверный шаг и я труп. Но к счастью всё закончилось хорошо.

Перед отъездом я взвесился и увидел что потерял 25 фунтов, спасибо большое, Пуэрто Рико.
Вскоре мне предстоял бой с каким-то французом Мишелем Мартелем. Бой был самый обычный, но под конец Мишелю стало плохо, зал не понял это и воспринял как усталость, как всегда ринг начали забрасывать чем попало. Я со Смитом быстро вынесли его из арены, его тошнило, когда мы доехали до больницы он был бес сознания, врач ощупал его и сказал «Ваш друг мёртв». Было очень неприятно, но всё таки он умер на сцене, сцена на которую он потратил большую часть своей 34 летней жизни.
Вскоре нам надо было возвращаться домой, но мы решили отправится в Чикаго, к тёте. Когда я приземлился в Чикаго, в кармане у меня было 2000 долларов, с гастролей по Пуэрто-Рико. Но я боялся что у меня ограбят, поэтому я глядел в оба. Разместившись в дешёвом отеле, я решил купить маленький переносной телевизор, чтобы потом можно было бы его взять с собой в Калгари. Неся в свой номер телевизор, я увидел странного вида парня, который смотрел на меня как на Скрудж Мак Дак. Парень сказал что у меня хороший голос, и он научит меня пению, и сказал пойдём в номер. Я насторожился и подумал, что не дай бог он украдет телек. Но выбора не было. Но он позвал меня в свою комнату, и начал показывать альбомы с фотографиями, он действительно был певцом, но на диване я увидел журнал с целующимися мужиками. Я понял что дело плохо и я попал в западню к гею. И в друг случилось то чего я боялся, он положил руку мне на колено и сказал «Нравится?»

Через несколько дней я вернулся в Калгари, ах дом, милый дом… Я вошёл на кухню, и испытал шок, там были Смит и Мария. И они собираются пожениться. Какого чёрта?

Ðåéòèíã@Mail.ru   Rambler's Top100