[Крис Джерико: «Неоспоримый»] Глава 17: Канадский Иисус

Рубрики: Авторские рубрики Автор:

Спустя несколько недель, Винс принял решение выйти из союза с Остином и заменить себя Бенуа, тем самым на PPV King Of The Ring мы получили трехсторонник за мировое чемпионство между Бенуа, Остином и Джерико. Я был расстроен, так как не получил шанса доказать, что являюсь достойным одиночным оппонентом для Остина. Я так же не понимал структуру самого боя, ведь обычно трехсторонние бои по системе «два хила – один фейс» получаются куда лучше. Винс считал, что зрители больше поверят в то, что Остин может проиграть, если будет биться против нас двоих сразу, нежели против меня одного, потому как если поставить меня в бой один на один со Стивом, далеко не многие, по мнению босса, решаться вписать мое имя в графу «победитель».
Мой большой пуш был закончен, так и не успев начаться… Снова.

Билд-апа к матчу, как такового, и не было, так как ни я, ни Крис никоим образом не взаимодействовали вне ринга с Остином, почти, так же как и друг с другом. Ни о какой драме, что должна была бы быть заложена в бой (объединим ли мы силы с Бенуа или каждый будет сам за себя), не шло и речи. Все это наводило лишь тоску и скуку; в довесок к этому, буквально за несколько недель до PPV, Остин был включен во фьюд со Спайком Дадли.

Вы прочли верно – Спайк Дадли. Не поймите меня неправильно, Спайк был трудягой и получал хорошую реакцию фанатов, но ставить его во фьюд с Мировым Чемпионом всего за несколько недель до нашего большого матча было неразумно. Наш и так ветхий сторилайн, в результате, потерял остатки какой-либо интриги. Затем Винс решил, что мы должны проиграть командные титулы Дадли за неделю до PPV. По мнению Винса, таким образом, в глазах аудитории, вероятность победы одного из нас возрастет. Теория была не беспочвенна, однако, во всем этом, лично я видел знаки (Ace of Base, привет Вам! («The Sign» — бессмертный хит группы Ace of Base — прим.пер.)), указывающие на то, что Винс, по неизвестной нам причине, потерял веру в нас, всего за несколько недель до значимого события.

У Бенуа так же были проблемы с шеей — сказывались пятнадцать лет беспрерывной карьеры — и это не на шутку его беспокоило. Он признался мне, что подумывает о том, чтобы взять отпуск и посветить его своей семье. Крис любил своих детей и постоянно говорил о них; я думаю, он был счастлив какое-то время пожить нормальной жизнью.

Сразу после трехсторонника, Криса ждала операция; несмотря на все его старания, матч получился посредственным, в лучших традициях билд-апа к нему.

И, тем не менее, немного жаль, что бой был похоронен в архивах и технически больше не существует.

Благодаря всем этим памятным матчам, мой личный послужной список пополнялся с завидной скоростью, что автоматически давало мне больше возможностей для развития вне рестлинга. Меня пригласили вручить награду NHL (ежегодная церемония вручения наград Национальной Хоккейной Лиги — прим.пер.). Я был рад оказаться на таком мероприятии; еще больше я обрадовался, когда узнал, что на нем будет присутствовать один из моих героев, Уэйн Гретцки (Я же канадец, чему тут удивляться?)

Я пришел на церемонию в своем шикарном смокинге от Сержио Джорджини и, по большей части, бродил там взад-вперед вместе со съемочной группой, беря интервью у различных знаменитостей, присутствовавших на вечере. Я едва закончил втюхивать Чеду Крюгеру из Nicelback CD-диск Fozzy (продавать, продавать, продавать), как чье-то подозрительно знакомое лицо окликнуло меня.

— Эй, ты ведь Крис Джерико? Как поживаешь?

Я ответил, что все отлично, а он, тем временем, вдруг, перешел на шепот.

— Видишь ту подсобку? Иди туда и закрой за собой дверь. Я дам тебе пять минут.

Я понятия не имел, о чем идет речь, но повторюсь, лицо моего собеседника казалось мне подозрительно знакомым.

— Доверься мне, тебе понравится.

Что, черт возьми, было в той комнате? Хрустальный Череп? Медиатор Судьбы? Призрак Терри Савчука?

Я зашел в подсобку и передо мной возник здоровенный чемодан. Я аккуратно открыл его. Я был шокирован тем, что там лежало.

Голова Гвинет Пэлтроу.

На самом деле, там был Кубок Стэнли и он был еще красивее, чем я его себе представлял. Парнем, что впустил меня в подсобку, был Майк Болт — человек, путешествовавший вместе с Кубком и охранявший его на протяжении десяти лет. И вот, на протяжении следующих пяти минут, мне было позволено делать все, что я хочу с самым желаемым трофеем в спортивной индустрии!

Первое, о чем я подумал, был всем известный трюк из «Американского пирога», однако отверстия я так и не нашел. Затем я представил, что подсобка – это MSG, а я только что забил победную шайбу в финале Кубка Стэнли – в овертайме, естественно. Я схватил Кубок и поднял его над головой, попутно имитируя гул возбужденной толпы.

— Уаааааааааааааааааааааааааааааааауууааа!

Я целовал его, поднимая вверх и опуская вниз, при этом продолжая имитировать вожделенный рев.

— Уаааааааааааааааааааааааааааааааауууааа!

Когда я рассказал отцу, что сделал, он ответил, что никогда не прикасался к Кубку.

— Потому, что мы проиграли шестую игру Бостону в Финале Кубка Стенли 1971. У меня был шанс, но мы не справились и поэтому я не заслужил права прикоснуться к нему.

Отец был принципиален, я, в этом случае, — нет. Я продолжил поднимать и опускать Кубок, пока, в конечном счете, не заключил его в объятия. Я принялся вальсировать, прижимая его к груди, будто он – моя, вновь обретенная, возлюбленная, при этом напевая свою маленькую песенку.

— Я люблю мой Кубок. Я люблю мой Кубок. Я без него – простой придурок.

Впав в мир грез, я совершил двойной пируэт прямо в направлении Майка Болта, что стоял у двери и таращился на меня.

Тишина длилась дольше, чем игра между Детройтом и Монреалем в 1936г.

— Довольно, Крис. Положи Кубок и уходи… Пожалуйста.

Я неохотно выполнил его просьбу, успев бросить последний взгляд в сторону моей вновь утерянной любви, на этот раз утерянной навеки.

Прощай, Кубок. Я буду любить тебя вечно.

После моего прелюбодеяния с Кубком, я отправился прямиком в банкетный зал. Приглашенные на вечер гости весело шутили и травили друг другу байки. Вот Джером Игинла беседует с Патриком Руа. А вон, Скотти Боумэн смеется на пару с Кэмом Нили. На танцполе, Мо Манта танцует брейкданс с Гарольдом Снепстсом. В углу Гари Бэттмен играется с клубком цветных ниток.

Горди Хоу раздает автографы, Уэйн Гретцки стоит возле бара, Тиму Селяне за…

Стоп. Погодите-ка. Сохраняйте спокойствие.

Уэйн Гретцки стоит возле бара!

Мое сердце в тот же момент подскочило до уровня моей глотки, а мысли о любимом Кубке улетучились. Он все равно не относился ко мне должным образом. К тому же, буквально в трех шагах от меня стоял величайших хоккеист всех времен. Канадский Иисус, посланный самим Богом чтобы изумлять и очаровывать своей игрой нас, смертных, что, в свою очередь, могут лишь мечтать о том, чтобы хотя бы на 1% стать такими же крутыми, как и Величайший (в ориг. – The Great One) (прости,Рок).

Я перевоплотился в Эда Гримли (персонаж скетч-шоу SCTV (Second City Television), а так же Saturday Night Live – прим.пер.) и принялся неуклюже пританцовывать на месте. Как мне к нему подойти? Понравлюсь ли я ему? Что мне ему сказать? Когда речь заходит о знакомстве с известными людьми, я становлюсь сам не свой; я печально известен своими вступительными фразами, особенно если они произносятся мной в отношении моих же кумиров. (Эти забавные истории и еще куча подобного веселья читайте в A Lion`s Tale, доступной в сети магазинов The Dollar Tree (сеть американских соц. магазинов, чьи цены за представленную продукцию не превышают 1$ — прим.перев.)).

Наконец, я собрал все свою храбрость в кулак и решился заговорить с «мистером Джи», пока еще был в состоянии. Я отдал свой фотоаппарат одному из членов съемочной группы WWE, чтобы он в нужный момент сфотографировал меня вместе с Уэйном. Я подошел к бару и встал рядом с Величайшим, готовясь произнести заранее отрепетированную, продуманную фразу, а точнее задать ему вопрос, какой из своих голов он считает лучшим.

— Эй!….эммммм…Вы ведь Уэйн Гретцки, так?

Что?? Нет, это же совсем не то, что я хотел сказать!! Я присутствовал на NHL Awards, окруженный известными хоккеистами – ну конечно же это был Уэйн Гретцки, кто ж еще это мог быть?АААААА!

Уэйн посмотрел на меня с улыбкой и подтвердил очевидное.

Я стоял безмолвно и пытался улыбаться в ответ. Кое-как, я все-таки нашел в себе силы продолжить разговор.

— А меня тоже Уэйном зовут, — едва не ляпнул я, успев вовремя одуматься.

— Привет, Уэйн. Я рестлер WWE и сегодня вручаю награду. Можно ли мне с вами сфотографироваться?

— Да, нет проблем. WWE, говоришь? Знаю, я тебя узнал. Ты Джефф Джерико, ведь так?

Святые Угодники, Уэйн Гретцки знает мое имя!!

Ну, по крайней мере, фамилию: это меня вполне устраивало.

— Рестлинг, значит? Тяжелый труд, Джефф. Я уважаю то, что вы, ребята, делаете. Хочешь пива?

Хочу ли я выпить пива с Уэном Гретцки? А Земля — круглая??? Я находился в экстазе (отличное слово) от мысли, что буду наслаждаться пивом в компании с моим кумиром детства – с его фирменной прической, острым носом и восточным канадским акцентом. Он был «фрутово» крутой и, в то же время, обычный человек – обычный такой человек, набравший 3,239 очков за свою карьеру.

Мы разговаривали минут пятнадцать о хоккее, рестлинге и моей бывшей страсти — Кубке. Он поделился настоящими эмоциями о том, каково это держать заслуженно выигранный Кубок Стенли, а я подметил, что Уэйн набрал больше всех очков именно в матчах с моими любимыми Winnipeg Jets. Наконец, я пожал его руку.

— Знаете, я так боялся подойти и заговорить с Вами, а сейчас даже не знаю почему. Вы — один из самых приветливых и дружелюбных людей, что я когда-либо встречал.
— Еще бы, приятель, я же Канадец!

Он еще раз одарил меня своей фирменной улыбкой и уже собрался уходить, как вдруг остановился и снова повернулся ко мне.

— Будешь в Финиксе — приходи покататься с нами. Только дай мне знать, и я все устрою. Береги себя, Джефф.

Покататься с Величайшим? Да, точно! От счастья я умру на месте; старина Джефф Джерико отчалит в мир иной.

Люди часто спрашивают меня, кем мне нравится быть больше: фейсом или хилом?

Признаться честно, это не важно. Мне нравится играть как одного, так и другого, лишь бы публика реагировала на все это должным образом. На самом деле, намного проще заставить аудиторию ненавидеть твоего персонажа, чем вызвать у нее обратную реакцию. Рестлинг – странный вид интертеймента, где люди, прекрасно понимают, что все это всего лишь шоу-бизнес, и, тем не менее, думают, что все происходящее вполне реально. Случается, что при встречах с фанатами, последние очень удивляются тому, что видят перед собой дружелюбного малого, вместо заносчивого придурка, которого изначально ожидали увидеть. Я всегда в таких случаях привожу в пример Энтони Хопкинса и его, всем известного, персонажа — Ганнибала Лектора: не думаю, что кто-то верит в то, что сэр Энтони сам не прочь отведать чьей-нибудь печени с бобами в виде гарнира и бокалом «Кьянти». Это всего лишь персонаж, который он играет. Тем же занимаюсь и я.

Но порой, некоторые особенно рьяные фанаты перегибают палку и в итоге теряют связь с реальностью.

У нас было шоу в Лас-Вегасе, я был в команде с Гробовщиком, а против нас выставили Остина и Рока. Я стоял возле ринга, «общаясь» с Остином, еще до того, как прозвучал гонг к началу матча. Он посылал мне проклятья и демонстрировал свой фирменный средний палец. Стоило мне лишь на секунду отвернуться, в знак моего глубокого неуважения к его персоне, как он крепко приложил мне по голове.

Я не мог понять, за что удостоился такого сильного удара, и как ему вообще удалось так быстро оказаться за рингом. Когда я повернул голову в его сторону, чтобы поинтересоваться в чем дело, то увидел абсолютно незнакомого мне человека, который вот-вот готовился нанести мне повторный удар. Это был вовсе не Остин, а какой-то обезумивший фанат, перепрыгнувший через заграждения и намеревавшийся вылить всю свою ярость на меня во второй раз. Не успел он занести свою руку, как я вмазал ему прямо в лицо в прямом эфире. К счастью, камера в тот момент переключилась на Остина, что в итоге спасло меня от неизбежно последовавшего бы, в таком случае, пристального внимания общественности. Фанат упал на пол и не успел я продолжить свое возмездие, как моего обидчика схватили парни из охраны и принялись перетаскивать его обратно за заграждения. Пока они были заняты транспортировкой бунтаря в безопасную зону, я от души мутизил его прямо по шарам. Моей выдержки и мощи позавидовал бы даже Роки Бальбоа. Я неистовствовал до тех пор, пока чья-то рука не отдернула меня за плечо.

— Успокойся, парень. Ты уже показал ему, кто хозяин. Время сложить оружие. — Остин всегда умел подобрать нужные слова.

Сразу после шоу, я прыгнул в такси и отправился на шоу Джорджа Карлина в «The Mirage». Я переоделся прямо по пути, и к тому моменту, когда мы прибыли на место, до начала оставалось всего десять минут. Я сел за столик рядом с пожилой парой, которым на вид было около семидесяти. Они были очень дружелюбны, и у нас завязался небольшой разговор. Оказалось, что в Вегасе они впервые, как и на этом шоу.

— Мы любим смотреть Джорджа Карлина в рамках The Tonight Show. Он такой забавный!

Сразу после этой фразы пожилой дамы, свет в зале погас и под бурные аплодисменты на сцене появился Джордж. Пожилая дама отчаянно хлопала в ладоши, при этом присвистывая. Джордж, бросив взгляд на переполненный зал, произнес свою вступительную фразу.

— Так-с, когда вы в последний раз слышали, как пускает газы какая-нибудь «красотка»?

Бабуля перестала хлопать, а улыбка с ее лица исчезла так же быстро, как и надежда на приятный вечер. Я украдкой взглянул на нее, а она на меня, будто спрашивая: «почему вы не предупредили меня, что он будет говорить ТАКОЕ?». Джордж продолжил шоу, заставив поднять руки тех, присутствовавших в аудитории, мужчин, кому когда-либо делали глубокий минет. С того момента, все стало еще хуже.

Это были самые длинные девяносто минут в моей жизни.

Ðåéòèíã@Mail.ru   Rambler's Top100