[Брет Харт: «Хитман»] глава 16: Начало работы в WWF

Часть 2: Основание Хартов

Перед дебютом в WWF я съездил в небольшое турне по Японии: я скептически отнесся к обещаниям Джорджа Скотта сделать меня звездой в WWF, поэтому хотел обеспечить себе запасной вариант на будущее. Я усердно отработал тот тур и в награду получил приглашение в Японию еще на шесть недель в начале февраля 1985 года.

22 октября я написал Джули письмо из Нагиты, описывающее мои чувства по отношению к настоящему и будущему:

    «…последние месяцы дались мне очень тяжело, и я запутался – я физически, эмоционально и морально истощен. Я чувствую себя, как раненое животное с торчащими из тела копьями, которое бесцельно скитается по земле… Я делаю вид, что все в порядке. Но рано или поздно я сломаюсь. Я хочу сломаться, издать стон боли, но я не могу выпустить все это из себя. Я знал, что бизнес моего отца прогорит. Я даже привык жить с мыслью, что это произойдет очень скоро. И 27 лет моей жизни прошли, как один матч. В итоге я отравил себя стероидами, просто чтобы продолжать стоять на ногах, но это ничего не значит.

    Я горжусь собой. Я считаю, что я отличный рестлер (или был им), но… был ли я так хорош? Моя карьера в тупике. Мне больно от того, что Том и Дэйви настолько популярны здесь, а я после пяти успешных туров так и остался никому не известен. Еще больнее мне оттого, что если бы мой отец не был промоутером, я бы не добился и того, что имею сейчас.

    Знаю, что ты все это уже слышала, но это причиняет мне боль, может, небольшую, а может, и невыносимую. Просто я еще стою на ногах. Я думаю, что, наверное, есть жизнь и за пределами профессионального рестлинга, и однажды мне придется убедиться в этом самому».

Я прилетел из Токио в Калгари в четверг днем, как раз вовремя для моего дебюта в WWF, которая впервые посетила Западную Канаду. Джули привела в аэропорт Джейд и Далласа, но моя радость была коротка. На следующий день я спрятал сумку под крыльцом и выскользнул из дома незаметно, чтобы Джейд не видела, как я ухожу. Снова в путь.

Шоу WWF открыли мне глаза. Я мгновенно оказался постоянным участником открывающих матчей – я больше не был самой крупной рыбой в пруду. Толпа в Saddledome была невелика и спокойна. Они расстроились не меньше парней из Stampede, оттого что мы имели такой низкий статус в WWF. После многих лет быстрого, реалистичного рестлинга фанаты не сразу приняли более медленный и артистичный стиль WWF. Даже на первом шоу стало ясно, что WWF с трудом придется добывать популярность в Калгари.

Следующие несколько часов я путешествовал по знакомой местности с незнакомыми парнями. Никаких фургонов. Теперь я летал на коммерческих рейсах с компанией клоунов, которые вели себя, как дети. Они считали себя плохими парнями, но до ребят из нашего фургона им было далеко, если не считать Адриана Адониса! Он бы идеально вписался в нашу компанию. Он кидался едой и бумажными шариками и постоянно норовил всех подколоть (я сразу понял, что он быстро сойдется с Джимом Нейдхартом).

Я знал некоторых парней со времен выступления в Японии и Торонто: С.Д. Джонс, Быстрый Рик МакГроу, Грег Валентайн. Я был рад увидеть Дэйва Шульца. Андре зашнуровывал свои гигантские ботинки, когда я подошел поздороваться с ним, но он так и не посмотрел на меня.

В последний день тура по Западной Канаде я присел с Доктором Д (Дэйвом Шульцем) в раздевалке. Почему-то Анджело Моска решил проехаться по мне, рассказывая, как Брюс, используя рефери-хила, убил территорию Стю. Я был удивлен и безмерно благодарен Шульцу, когда он приказал Анджело заткнуться. Позже Шульц отошел со мной в сторонку и сказал: «Не нужно слушать этих придурков, Брет. На ринге ты ничуть не хуже любого из этих парней! Тебе надо прибавить на микрофоне, но как рестлер ты лучше всех, и никто не должен учить тебя жизни».

После матча я кушал в ресторане гостиницы и обнаружил Рика МакГроу, моего соседа по номеру в тот день, лежащим лицом в тарелке с едой. Он снова перебрал с «Пласидилом». Я помог ему добраться до нашего номера и следил за его состоянием всю ночь.

Первый мой американский тур с WWF начался 14 ноября в Коламбусе, штат Огайо. Меня уже давно лишили водительских прав за частые превышения скорости, необходимые для своевременного переезда из города в город на территории отца, и я еще не обзавелся кредитной картой, поэтому мне пришлось торчать в аэропорте с надеждой повстречать кого-нибудь из парней. В итоге я поймал такси до «Ohio Center», где мне снова пришлось объяснять охранникам на входе, что я рестлер.

Я прибыл на шоу слишком рано, но больше мне некуда было идти. Я заснул на деревянном столе в раздевалке, надвинув бейсболку на глаза и подложив сумку вместо подушки. Меня разбудил какой-то парень, похожий на Барни Раббла (Из Флинстоунов, — прим.ред.), который тянул меня за палец и спрашивал, кто я и что я здесь делаю.

Я сел и сказал, что я сын Стю Харта.

— У тебя сегодня нет матча, но мы можем засунуть тебя в королевскую битву. Я Пэт Паттерсон, агент.

Естественно, я слышал о Пэте Паттерсоне, чья команда с Рэем Стивенсом многими признавалась лучшей командой 70-х. Пат был знаменит опасными бампами и отменной психологией, он завершил карьеру совсем недавно. За кулисами еще судачили, что он гей, хотя Пэт особо не скрывал этот факт.

WWF одновременно проводила три шоу в трех городах с разными составами. Пэт был дорожным агентом, как Вождь Джей Стронгбоу. Он решал проблемы в раздевалке, планировал расписание матчей и, получив приказы от Винса или Джорджа, занимался таким незавидным делом, как объяснение концовок матчей. В то время концовки матчей во многом зависели от авторитета рестлеров, которого у меня не было совсем, поэтому я многого и не ожидал. Мне нужно было пройти всю лестницу с самого низа.

Пока я одевался для своего матча, я терзал себя мыслью о том, как моя бледная кожа выделяется на фоне загорелых и мускулистых тел, наполнивших раздевалку. Теперь мне придется часто посещать солярий и тренировочный зал.

Мое второе шоу с WWF прошло в Дэйтоне и ничем не отличалось от первого.

На третьем шоу, в Цинциннати, Пэт сообщил мне, что я буду работать в открывающем матче с зеленым новичком из Бруклина Стивом Ломбарди, и попросил сделать все в моих силах. Я старался изо всех сил, и, по большому счету, матч вышел неплохим. Пэт был так доволен, что я скоро сообразил, что Стив был парнем Пэта. Хотя это меня не касалось. Для меня Пэт был дружелюбен, весел и легок в общении.

Я был рад тому факту, что я работал, хотя, в основном, я проигрывал или участвовал в 20-минутных ничьих. Очевидно, что в то время у руководства не было на меня никаких планов. С другой стороны, у меня несколько наладились отношения с Джули, но мне было неудобно разговаривать с ней по ночам. Я старался подселяться к другим рестлерам в отелях, чтобы сэкономить, и есть вещи, которые просто нельзя говорить своей жене, когда в соседней кровати лежит полуголый рестлер и смотрит CNN.

Когда мой самолет, летевший в Калифорнию, миновал Атланту, я откинул свое кресло. По сравнению с путешествиями по канадским дорогам плечом к плечу с 14 огромными рестлерами и парой карликов, без отопления и света, даже старое кресло самолета показалось мне невероятно комфортным. Стюардесса принесла мне вкуснейший ужин из индейки. «С Днем Благодарения», — сказала она. Мой первый День Благодарения в Америке.

Когда Пэт вручил мне чек за первый тур, я подумал, что глаза обманывают меня. За 4 дня в Канаде на плохо посещаемых шоу и 5 городов в Америке мне заплатили 2400 американских долларов. Я был счастлив. Когда я позвонил Джули и поделился радостным известием, она ответила лишь: «Полагаю, теперь тебя вообще дома не будет?»

«Джули, я не уверен, долго ли буду здесь работать, но я буду держаться за этот шанс до последнего. Подумай о детях».

Тишина. Потом: «Думаю, Даллас плачет, мне пора». И она повесила трубку.

Как предсказывал мой отец, WWF довольно быстро набирала обороты и, словно танк, давила всех конкурентов, во многом благодаря гениальной маркетинговой политике, направленной на раскрутку Халка Хогана. Я думал, что лучше сидеть в танке, чем стоять у него на пути.

Тогда я даже и не знал, какие революционные события готовились на кухне WWF. Летом 1984 года Винс МакМэн обратился к своим сотрудникам с идеей, которую, как полагали многие, не удастся реализовать. Винс хотел сделать рестлинг частью массовой культуры, чтобы его стало бы престижно смотреть. Он хотел повлиять на возраст аудитории WWF, заполнив своим продуктом нишу, созданную сетью MTV. Он набросал гениальную маркетинговую стратегию, объединившую рок и рестлинг, которая создала бы массовую индустрию развлечений, состоящую из смеси знаменитостей и рестлинг-звезд. Он уже запланировал для этой цели дату и арену: 31 марта 1985 года, Медисон-Сквер-Гарден. Билеты будут продаваться по неслыханным ценам – от 100 долларов. Винс планировал организовать показ этого шоу по закрытым каналам, доступным лишь в барах и кинотеатрах Северной Америки. А само шоу должно было получить название Wrestlemania. Он так верил в свою мечту, что, несмотря на сомнения своих же сотрудников, решил рискнуть, и, пока я путешествовал из города в город, Винс придумывал идею, которая изменит мир рестлинга навсегда.

Арены были забиты до отказа, когда мы выступали в США. Также случилось и в Kiel Auditorium в Сент-Луисе. Исторически сложилось, что Сент-Луис был городом NWA, а Kiel стала домом для множества великих рестлеров, например: Пэт О’Коннор, Лу Тез и Харли Рейс. У меня был посредственный матч на огромном и жестком ринге.

После шоу многие рестлеры ели в ресторане возле гостиницы. Вождь уселся рядом со мной, он был уважаемым в прошлом рестлером, но, очевидно, редко упускал случай набить живот в последнее время. Он спросил меня, какие на меня планы в офисе, а когда я рассказал про обещания Джорджа Скотта, он скептически ответил: «И ты в это веришь, а?»

Я не знал, что должен ответить, поэтому сказал, что у меня не было выбора, кроме как поверить.

Вождь откусил большой кусок сэндвича и после долгого пережевывания и раздумий спросил, что я хочу от Винса. Я видел, что они сделали с Парнем из Тонга, 18-летним самоанцем, которому повезло попасть в команду с Полинезийским Тарзаном по имени «Суперфлай» Джимми Снука. При желании WWF могла сделать звезду из любого.
— Было бы неплохо, если бы мне дали какой-нибудь пуш, — сказал я. – Если я получил бы пуш, как у Хогана, фанаты скандировали бы мое имя уже через неделю. Проблема в том, кого они хотят продвигать к вершине.

Вождь прорычал достаточно громко, чтобы услышали и другие рестлеры: «Так ты думаешь, что ты можешь заменить Халка Хогана, да? Я не верю своим ушам! Эй, вы слышали? Молодой Харт здесь считает себя круче Хогана». Я попытался объясниться, но Вождь и слушать меня не хотел.

В ноябре того года, поздним вечером, я зашел в кафе возле «Holiday Inn» в Оклахома-Сити и увидел там сидящего в одиночку Сержанта Слотера. В то время Сержант приносил не меньше прибыли, чем Халк Хоган. Его популярность выросла в результате Иранского кризиса: некогда презираемый сержант армии стал бороться против Железного Шейха и превратился в американского героя. У него даже появилась своя фигурка из серии G.I.Joe. Сюжеты в рестлинге всегда эксплуатировали реальные жизненные конфликты: сначала американские парни бились на ринге против немцев и японцев, теперь вот главными врагами стали русские и иранцы.

Сержант пригласил меня за свой столик; мы поговорили о его семье, его выступлениях и его карьере – он в самом деле в свое время уволился из армии, чтобы стать рестлером. Он был достаточно добр, чтобы выслушать меня и дать совет: «Я знаю одно: почаще оглядывайся. Винс – безжалостный тип. Он скажет тебе то, что ты захочешь услышать, но его слова ничего не значат, если хочешь знать мое мнение; но удачи, парень». Он оставил чаевые на столе и пошел через дорогу в Holiday Inn.

Он был умным, скромным парнем, который, как мне показалось, был бы счастливее, если бы занимался другим делом. Но он был второй звездой компании после Хогана, а от таких денег отказался бы лишь глупец.

Покушав, я уселся в фойе гостиницы, когда очаровательная блондинка вошла в него и села рядом со мной. Я глотнул пива и поздоровался, она поздоровалась в ответ. Язык Тонга-Кида вывалился, как у дракона Комодо, и он поспешил подъехать к ней. Джимми Снука остановил его: «Молодой Стю Харт справится и без тебя, брат».

Я говорил себе, что не собираюсь подцепить ее, однако я только и делал, что подъезжал к ней. Вскоре она рассказала мне, что встречается с женатым гвардейцем из Оклахомы, который обещал бросить жену ради нее, но так этого и не сделал. В тот вечер она устала от его вранья, разозлилась и пошла в бар. У нее была крепкая, стройная, спортивная фигура, и я спросил ее, ходит ли она в зал.

— Конечно, с моим парнем. Он большой, как грузовик, весь на стероидах. Иногда я заряжаю шприц и вкалываю ему стероиды.

— А мне можешь вколоть? – Застенчиво спросил я, смущенный от абсурдности всей этой ситуации.

Вскоре она сидела на уголке моей кровати, набирая в шприц сыворотку и постукивая по игле, как профессионал. Она попросила меня спустить штаны, загнала иглу глубоко в мою задницу, а потом протерла место укола спиртом. Я сделал слабую попытку надеть штаны, но она легко толкнула меня на кровать. Я подумал: вряд ли кто-то об этом узнает. Я даже ожидал, что в любую секунду большой и злобный оклахомский гвардеец выбьет дверь моего номера с пистолетом наперевес, но вскоре эта мысль сменилась другой, куда более приятной.

Менее двух недель спустя, 9 декабря 1984 года, в Торонто Джордж Скотт передал Сержанту Слотеру бумаги о его увольнении. Я не мог поверить, что WWF отпустила его, но вскоре они наняли бездарного джоббера Капрала Кирхнера для отыгрыша его гиммика. Намек был ясен: незаменимых нет.

Оказалось, Сержанта уволили из-за его игрушечной фигурки. WWF запустила свою линию сувениров, включающую игрушечные фигурки, и предлагала своим рестлерам 5-процентный бонус от продаж. У Сержанта же были куда большие проценты, и Винс не смог этого вынести.

Оказавшись маленькой рыбкой в большом пруду, я должен был плыть изо всех сил. Выступая 37 дней без выходных, я посетил 10 штатов и 4 провинции. По правде говоря, я испытывал благоговение и удивление, очарованный, не в силах осознать все то, что увидел за это время. Но все время в дороге я скучал по дому: если бы гонорары снизились или мне предложили бы уйти, я бы исчез в секунду. Однако Америка затянула меня в свои объятия, плотно обхватив руками и ногами. Я постоянно находился в замешательстве, потому что как бы я ни хотел, чтобы все это прекратилось, когда мне выпадало несколько выходных, я мечтал вернуться к выступлениям снова.

Слух о грандиозном плане Винса, Wrestlemania, наконец, дошел до раздевалки. Многие парни нервничали, потому что столь много было поставлено на карту в одном шоу: если бы оно провалилось, это означало бы гибель набиравшей обороты WWF.

Но грамотно спланированная медийная раскрутка привела к тому, что уже за несколько месяцев до Wrestlemania все шоу собирали аншлаги, присутствовал на них Хоган или нет. Рестлинг становился громким событием. И время для этого Винс подобрал самое подходящее. Хотя захват власти был безжалостным ходом, он также требовал смелости и таланта. Он врывался в каждый город, невзирая на то кто являлся местным промоутером. В частности, он утер нос Верну Ганье, проведя в Миннеаполисе несколько отличных шоу с участием бывших звезд Верна. То же самое он сделал с Оле Андерсоном в Атланте. Мелкие промоутеры были бессильны против Винса, который забирал у них всех ребят. Хотя это было плохо для промоутеров, парни были рады: оказалось, что в рестлинге можно зарабатывать хорошие деньги, а сам рестлинг становился национальным событием под руководством человека, который, похоже, знал, как сделать из любого рестлера звезду такого уровня, о котором он и мечтать не мог.

Я был благодарен, что меня приняли в армию захватчиков, и особенно рад, что МакМэн предложил Стю честную сделку, а не смел его территорию, как многие остальные. Как я слышал, сделки были предложены только моему отцу, ЛаБеллям из Лос-Анджелеса и Танни из Торонто, потому что Винс уважал их. МакМэн наводил на меня ужас, но я уважал его за то, как он отнесся к моему отцу.

Джордж Скотт поговорил со мной в Торонто сразу после увольнения Сержанта, попросив меня продолжать в том же духе, а также прощупать Тома и Дэйви – Винс хотел подписать с ними контракты. А потом он застал меня врасплох: «Это правда, что твой брат Брюс пытается достать себе лицензию промоутера, чтобы выступать против нас в Калгари?»

«Что ты делаешь, Брюс? – Подумал я. – Что ты делаешь со мной?» Я ответил: «Ничего об этом не знаю, Джордж, и уж точно я в этом не замешан». Но я собирался провести свое расследование.

Когда я прибыл в дом Хартов на Рождество 1984 года, вся семья уже была там, кроме Элли, Джима и их трех дочерей. Джим работал в Мемфисе, а его менеждером был парень по имени Джимми Харт. Стю не терпелось услышать о моем туре, а мне в такой же степени не терпелось ему об этом рассказать.

Когда я поделился со Стю впечатлениями, мы обсудили ситуацию с Брюсом. Когда Стю спросил Брюса, пытался ли он получить лицензию промоутера, тот ответил отрицательно. Стю не поверил ему, он опасался, что Брюс нарушит условия сделки с WWF, а я окажусь одной из жертв.

Чуть позже, оставшись наедине с Брюсом, я задал ему тот же вопрос, и он поклялся, что это был всего лишь слух. Но он также сказал, что считает, что WWF долго не продержится, и было бы неплохо быть во всеоружии на случай ее провала. Я сказал Брюсу, что видел, как работает Винс, и что он ошибается: WWF становилась лишь больше и мощнее. Я попросил его не делать ничего, что могло бы показаться Винсу нечистоплотным, поскольку это поставит под удар сделку Стю и мое будущее. В этот момент жена Брюса, Андреа, позвала его по срочному делу, и он был рад найти повод, чтобы уйти от разговора со мной.

Она сидела в гостиной и разговаривала с Мишель и Джули, все три девушки держали в руках младенцев. Джули снова была в плохом настроении, хотя потом она обычно извинялась за свое поведение. Я накопил неплохие сбережения и, с учетом крупных чеков, поступавших из WWF, решил продать полуразвалившийся домишко в Рэмсее и переехать в район, более приспособленный для семейной жизни. Чувство вины за мои измены постоянно глодало меня изнутри: я пытался сделать все возможное, чтобы Джули чувствовала себя счастливой.

В то Рождество в семье было много подводных течений. Том и Дэйви стояли у окна гостиной и смотрели на заснеженную панораму города. Недавно Дэйви признали виновным в нападении на копа, но, к облегчению многих, его не выдворили из страны и даже не отправили за решетку. Он отделался штрафом и условным наказанием.

Я передал Тому и Дэйви, что Винс заинтересован в их услугах, но Том ответил, что, судя по моей карьере в WWF, их интерес ничего не стоит. Но они оба вели себя странно. Когда я спросил, все ли в порядке, они ответили утвердительно.

Несколько минут спустя Бен отвел меня в сторонку и рассказал, что Том и Дэйви предали New Japan, которая сотрудничала с WWF, ради All Japan. Каждый получил бонус в 20000 долларов при подписании контракта и гарантированные 10000 долларов в неделю (позднее я узнал, что на самом деле речь шла о 6500 долларов).

В тот вечер я снова спросил Тома, что происходит. Он ответил: «Гейб, ради всего святого, ниче не происходит». Впервые за многие годы он не стал нарушать кейфейб в разговоре со мной. Было больно осознавать, что, хотя я пытался помогать им, чем мог, им было плевать на мои старания. Благодаря крепким отношениям WWF и New Japan, мне разрешали работать в обеих организациях, но теперь New Japan, наверняка, уволит меня из-за того, что сделали Том и Дэйви.

Я наблюдал, как они попивают пиво и разговаривают со Стю, который не был в курсе этих махинаций. В другом углу комнаты Брюс разговаривал с Россом, Оуэном и его девушкой, Мартой, и я знал, что Брюс тоже что-то замышляет. Теперь каждый был сам по себе.

Мама была занята, отгоняя пять кошек от елки, чтобы они не внесли свой вклад в поливку дерева. Она любила развешивать серебряную мишуру в идеальные узоры. В то Рождество она была счастливей, чем когда-либо в жизни. Ее окружали 10 внуков, двум из которых не было и двух лет. Даже 11, если считать внучкой дочку Тома и Мишель, Бронвайн, а мама считала ее внучкой. Прибавления ожидались в семьях Элисон, Джорджии и Дианы. Мария также была беременна, и Смиту приходилось несладко: его пуэрториканская красавица была на грани срыва, наверное, потому что она ожидала большего от брака с ним. Через окно я видел, как Дин стесывает лед с парадных ступеней. Он жил в доме с родителями и казался мне все более сумасшедшим каждый год.

А потом Джорджия и Элисон пришли из кухни, и каждая несла огромную зажаренную индейку. Я поднял Джейд на руки, и она позвонила в колокольчик, а Кит позвал за стол всех, кто разбрелся по дому. Он и Лесли улыбались весь день, потому что только что выиграли 100000 долларов в лотерею. Уэйн прочитал молитву и поблагодарил Бога за удачу Кита.

Я посмотрел на маму. Для нее главным рождественским подарком было то, что они со Стю наконец-то вышли из бизнеса, но в глазах отца я разглядел пустоту, которая говорила об обратном.

Когда в канун Нового Года Джули увидела расписание моих выступлений, она побледнела. Я хотел заработать как можно больше денег, пока была такая возможность, поэтому попросил Джорджа сделать мне плотный график. Со следующего утра я выезжал на 55-дневный тур, правда, дважды за тур я был в Калгари. Джули почти не разговаривала со мной весь вечер. Это стало нормой у нас: то небольшое время, которое я проводил дома, было омрачено ее страхом от того, то я вскоре снова уеду. Я упаковал вещи и улегся в нашу кровать, где сладко спала Джейд, растянувшаяся возле Джули, как маленькая звездочка. Малыш Даллас спал в колыбели.

Пока я лежал возле Джули, я не мог отогнать от себя одну мысль: если ты не хочешь поддерживать меня, я найду ту, которая захочет. Но в этот момент Джули обняла меня и прошептала на ухо: «Прости».

«Да. И ты меня».

Что еще я мог ответить?

Ðåéòèíã@Mail.ru   Rambler's Top100