[Родди Пайпер: В Яме с Пайпером]: Глава 9.1 — WrestleMania

Рубрика: Авторские рубрики Автор: Александр Суменко

Винс МакМэн-младший совместно с Синди Лопер и Дэйвом Вольффом установил новый рекорд, создав шоу, ставшее самым крутым в Нью-Йорке. За месяц до этого это трио успешно совместило миры рок-н-ролла и рестлинга на MTV и теперь планировало расширить горизонты возможного, проведя самое великое шоу в истории. Эта троица рассчитывала на деньги МакМэна, талант рестлеров и связи Лопер и Вольффа в индустрии развлечений, надеясь создать СуперБоул рестлинга.

Революционное шоу планировалось провести в сердце Нью-Йорка, Madison Square Garden, 31 марта 1985 года, а мы с Хоганом были заявлены в мэйн-ивент. Но тот матч должен был отличаться от показанного на MTV. Хоган и я уже не будем сражаться один на один. Вместо этого, мэйн-ивент стал командной битвой, в которую каждый из нас привел по напарнику.

Руководство WWF должно было выбрать мне нового сообщника, потому что мой тогдашний телохранитель и отличный друг Боб Ортон ходил с загипсованной рукой. На его место выбрали «Потрясающего» Пола Орндорфа, великолепного атлета и рестлера. Нам противостояли Хоган и его дружок (по сценарию) Мистер Т.

Я впервые почувствовал мощь Мании, когда Винс проводил пресс-конференцию в Rockefeller Center за несколько недель до шоу. Я слегка опаздывал и, признаться, не был готов к этой конференции. Я еще не представлял себе огромную значимость события, в которое оказался втянут. В холле двое представителей художественного отдела компании МакМэна вручили мне две фотографии Мистера Ти в рамке. Я не понимал, зачем мне эти фото и к чему такая паника. Еще больше я удивился, открыв дверь в комнату для пресс-конференции и ослепнув от многочисленных вспышек фотоаппаратов. Когда зрение вернулось ко мне, я разглядел подиум и стол в левой части комнаты, из-за которого Винс МакМэн-младший, Халк Хоган, Мистер Ти и Пол Орндорф отвечали на вопросы представителей прессы. Также я заметил на столе табличку «БУЯН РОДДИ ПАЙПЕР»; но прежде чем я смог проскользнуть на свое место, не нарушая установившуюся атмосферу, Мистер Ти поднялся на ноги, поиграл мышцами и сказал мне в своем характерном тоне: «Мне жаль тебя, дурак». Звезда «Команды А» сжимал в руках одну из этих железяк с пружиной. Пока он напрягал свои мускулы, я подошел к нему, слегка сжал его голову и сказал: «Боже, мягковата для меня». Затем для ровного счета я потер его ирокез.

В общем, мягко говоря, это сильно натянуло мои с Ти отношения! Я не знал, что нельзя было касаться Мистера Ти, а уж тем более его головы. Это взбесило его, но мне, если честно, было плевать. Я делал свою работу. Он же просто присоединился к нам на пару появлений. Мистер Ти мгновенно невзлюбил меня, и я сразу понял, что в предстоящем матче нас ожидают большие проблемы из-за назревающего конфликта.

Ситуация ухудшилась, когда Винс и его друзья попросили меня принять удержание в мэйн-ивенте, чтобы мы проиграли Мистеру Ти и Хогану. Второй раз за пару месяцев мне пришлось отказывать проигрывать, особенно «пришельцу», которого пытались внедрить в культуру рестлинга. Я наотрез отказался в интересах бизнеса. Если я проиграю этому клоуну, что со мной будет, если они снова приведут постороннего? Если Ти был бы одним из нас, я бы проиграл ему чисто. Но я размышлял так: если посторонний поучаствует в нашем шоу и навсегда покинет рестлинг, зачем давать ему победу и повод вернуться в свою индустрию, высмеивая меня и выставляя наш мир шуткой. На мой взгляд, это не соответствовало кодексу, которому меня учили. Полагаю, мое недовольство проникло в раздевалку: когда МакМэн попросил о том же Орндорфа, ответ был тем же — резкий отказ. Итак, на носу у нас был огромной важности матч, в котором никто не хотел проиграть чужаку.

Винс предпринял последнюю попытку повлиять на мое мнение, и мы отправились в его любимое место ведения бизнеса — туалет. Мы не спеша делали свое дело, разговаривали (это весьма обычно для рестлеров), и МакМэн снова попросил меня лечь под Мистера Ти. Но я стоял на своем и заявил ему, что это неправильно и что я не стану так делать. Кроме того, я посеял зерно в его голове, сказав: «Кто принесет тебе больше денег: Хоган против Пайпера или Хоган против Орндорфа?» На этом вопросе мы покинули уборную, а МакМэн отправился к Орндорфу и поведал о моих словах. Но мне все равно было наплевать. Я знал свое место в спорте и знал кодекс чести рестлера назубок, и я не собирался позволить МакМэну или кому бы то ни было сделать посмешище из меня или моей профессии.

Спустя пару недель в том же Rockefeller Center состоялась вторая пресс-конференция, где Мистер Ти и я снова столкнулись лбами. Я поднимался на метровый подиум, (я до сих пор верю, что это была подстава) а Мистер Ти напал на меня исподтишка. Мы начали бороться и добрались до толпы зрителей, набитой журналистами со всего мира. Вспышки мерцали со всех сторон — фотографы пытались поймать наилучший кадр нашей с Ти возни на полу. Когда охрана, наконец, разняла нас, я был настолько взбешен, что не мог сдерживать себя. Если голубые точки перед глазами были следствием вспышек фотокамер, то красные точки были вызваны гневом на действия Мистера Ти. Даже когда нас уже разняли, я хотел убить этого парня. Дикими, как у быка, глазами я смотрел на Мистера Ти, надеясь, что он решит продолжить драку, но охрана не захотела увидеть второй раунд. Меня просто вытащили вон из помещения. Этот инцидент взбесил меня. Меня учили, что, если у тебя проблема с кем-то, ее нужно решать за закрытыми дверями, в раздевалке, а не на виду у всего честного народа. Все, что происходит перед камерами, — это уже бизнес.

Следующая пресс-конференция передавалась по спутнику: Мистер Ти был в Лос-Анджелесе с Хоганом, а я в Нью-Йорке с Орндорфом. На западном побережье Мистер Ти вышел в килте и с резиновой курицей в руках и сказал прессе: «Пайпер труслив, как эта курица, и носит платье. Мне жаль этого дурака». А потом он попытался оторвать курице голову, но курица была из резины, поэтому он только растягивал ее шею. Мне стало жаль этого дурака и его жалкие попытки произвести впечатление! Он буквально бросил курицу на пол, наступил на ее голову и пытался разорвать в клочья, но эта маленькая резиновая птица не сдавалась. В итоге в растерянности он просто выбросил курицу. Ситуация для Мистера Ти ухудшалась тем, что в Нью-Йорке я ржал, как лошадь, над его манипуляциями!

В следующий раз я увидел Мистера Ти на шоу в Nassau Coliseum незадолго до WrestleMania; я ждал его, и он знал об этом. Он подошел ко мне со своим менеджером Питером Янгом, но я попросил Питера оставить нас наедине, потому что дело было личное. Я отвел Мистера Ти в отдельную комнату и спросил, что он себе позволяет. Он заверил меня, что все это ради раскрутки шоу. Я объяснил, что такое можно делать только после того, как все участники обсудят и дадут добро; нельзя раскручивать шоу, не зная, как это делается! После этого диалога мы вышли из комнаты, и я решил наказать его в матче. Я собирался провести ему суплекс головой в пол. Во время всех событий, ведущих к WrestleMania, я открыто выражал свою неприязнь к этому парню, и теперь я намеревался это доказать.

Уровень неприязни между четырьмя мэйн-ивенторами рос день ото дня. Мистер Ти с нетерпением ждал возможности преподать мне урок на ринге, я с нетерпением ждал возможности бросить его на голову, Орндорф был недоволен тем, что МакМэн приказал ему принять удержание в матче, а Хоган испытывал привычные эмоции, когда мы с ним сходились на ринге, может быть, усугубленные еще больше тем фактом, что я не хотел принимать удержание от постороннего. Разговоры о моем отказе принять удержание разрастались сплетнями, которые не соответствовали правде, но объясняться было некогда, потому что день шоу приближался с неумолимой скоростью. В целом, я держался кодекса чести. Я никому не втыкал нож в спину в своей жизни, но я первым признаюсь, если воткну нож кому-нибудь в грудь!

Незадолго до WrestleMania Мистер Ти и я собрались на каком-то складе с Винсом МакМэном-младшим, а букеры пытались научить Мистера Ти основам. Это привело к тому, что моя ненависть к нему стала зашкаливать. Я уже был зол, когда Винс попросил меня принять удержание от этого парня; а теперь я увидел, что Мистер Ти ни черта не смыслит в рестлинге. Я был оскорблен. Ситуация ухудшилась, когда МакМэн прижал меня к стенке и попросил сделать то, чего я делать не хотел — подписать контракт.

До того времени я держался своего принципа и не оставлял автограф на бумаге, но в тот день Винс застал меня врасплох, спросив: «Эй, Хот Род, есть минутка?»

МакМэн называл меня Хот Родом (хотя я придумал это прозвище еще до WWF), потому что он зарегистрировал эту торговую марку и надеялся заработать на ней. Он называл меня Хот Род, а не Родди Пайпер, потому что владел этим именем, это было частью операции по промыванию мозгов, которую он проводил на всех рестлерах, стараясь показать, кто здесь хозяин. По его мнению, он владел Хот Родом. Возможно, юридически он владел именем Хот Род, но я точно не был его собственностью. Меня не пугал ни он, ни его тактика; поэтому я и стал последним из той могучей группы рестлеров, кто подписал контракт.

Винс и я уселись на двух ящиках в складе и повели разговор о бизнесе. Изначально я не представлял, что он хочет обсудить. Возможно, речь пойдет о матче. Тогда я думал только об одном: он набрался наглости попросить меня лечь под ТВ-звезду, который не имел ни малейшего представления о рестлинге (ну и еще я думал о том, что моей заднице невыносимо больно сидеть на этом ящике). Поэтому мне не терпелось убраться оттуда поскорее. Тогда Винс открыл свой кейс и вытащил контракт. Мы молча смотрели друг другу в глаза в течение нескольких секунд. Наконец, он сказал: «Хот Род, ты же понимаешь, что все меняется; я не могу выпустить тебя на бой на WrestleMania, если у тебя не будет действующего контракта».

Это было неожиданно. WrestleMania пройдет через неделю, я, как проклятый, бегал повсюду, рекламируя шоу, пытался помочь натренировать Мистера Ти, и Винс обращается ко мне с этим? Я посмотрел на него и сказал: «Ах ты членосос». Он засмеялся, ответив: «Что? Ты же не будешь всю жизнь выступать в городских ратушах, Хот Род». Вот так он убедил меня подписать контракт с WWF. К несчастью, я не смог выпутаться из этой ситуации, как в начале работы на него, но со временем мои эмоции поутихли. Мне нравился Винс, и, полагаю, в какой-то степени это было взаимно. Между нами было какое-то взаимопонимание, хотя мы не всегда могли прийти к компромиссу.

Чуть позже Винс пригласил нас четверых вместе с букерами и другим персоналом в свой кабинет, чтобы обсудить ход матча. Я заверил, что знаю подходящий вариант. Винс заметил: «Знаешь, Хот Род подходящих вариантов всегда несколько». Но я заверил его, что есть только один идеальный вариант. Я знал это, потому что работал на множестве территорий и видел, как это работает. Я сказал им, что единственный способ сделать все правильно, учитывая подготовку Мистера Ти, и при этом сохранить наше лицо и ощущение реальности происходящего заключался в том, чтобы провести матч как можно ближе к вольной борьбе. Мы не могли позволить Мистеру Ти наносить удары, они выглядели бы слишком смешно. Я знал, что если матч не провести правильно, он окончится катастрофой. Я знал, что мы не допустим ошибки, если будем ясно и четко планировать время Мистера Ти, а потом передадим инициативу Хогану, потому что он точно не подведет. На шоу такого уровня ошибкам не было места.

Наступило долгожданное 31 марта, и заполненный Madison Square Garden взорвался от криков фанатов. Помню, как я впитывал заряжающую бодростью атмосферу, сидя в лимузине на парковке арены. По улицам шли тысячи поклонников рестлинга, так что лимузину пришлось описывать круги вокруг арены, пока мы не нашли место для въезда. Примерно на пятом проезде по кварталу водитель подозвал представителя нью-йоркской полиции, патрулирующего улицы на лошади, и объяснил, кто сидит в машине и что нам надо попасть в Гарден. Коп еще не придумал ничего хорошего, зато решил, что фанаты хотят узнать, кто сидит в лимузине: «Эй, да здесь же сам Родди Пайпер!» Это заявление взбаламутило фанатов! Новость в секунду разлетелась по толпе, и вот уже люди раскачивают мой лимузин. Наконец (фанаты еще не успели перевернуть машину), офицер попросил служащего арены открыть ворота, и мы въехали туда целыми и невредимыми. Задержись он на минуту, и либо меня бы вырвало на заднее сиденье лимузина, либо я оказался бы в плену у тысяч сумасшедших поклонников рестлинга.

Madison Square Garden напоминал в тот вечер церемонию вручения «Оскара». Там были звезды из всех областей жизни. Я пообщался с Либераче, The Rockettes, Энди Уорхолом и многими другими. Уорхол лез из кожи вон, чтобы встретиться со мной. Он пришел с каким-то молодым человеком, и, честно говоря, в то время я не знал, кто такой Энди Уорхол. Когда молодой человек начал фотографировать и я понял, что он фотографирует не меня с Энди, а мои борцовки, я решил, что с меня хватит. Я не понимал, что происходит, и не хотел в этом разбираться, поэтому сказал им, что мне надо идти готовиться к матчу.

Оставив Уорхола позади, я увидел бешено носящегося по коридорам Винса МакМэна-младшего. Окружающая аура грандиозности события и нервозности проникла в босса WWF, который напоминал мечущегося в свете фар оленя. Тогда я впервые увидел МакМэна белым, как призрака, и абсолютно безмолвным. Представители прессы подходили к нему, надеясь услышать пару эффектных фраз перед шоу, но Винс глубоко погрузился в себя! Репортеры подошли к Винсу с замыленным вопросом: «Настоящий ли рестлинг?» А Винс ответил: «Эм, не знаю». Отличный ответ, Винс!

Стоит признать правду: Винс многое поставил на карту в тот вечер. От успеха шоу зависело не только будущее Федерации, но и личные сбережения Винса. После шоу он мог оказаться либо со щитом, либо на щите, поэтому я могу понять его чувства. Но примерно за полчаса до начала исторического события я не выдержал! Схватив его, я сказал: «Сядь ты, наконец, ты нас всех с ума сводишь! Это просто очередной матч».

Примерно в то время как я встряхивал Винса, мистер Ти и 2 его лимузина пытались проникнуть в MSG. Звезда «Команды А» пробивался в те же ворота, через которые ранее въехал я, но охранник отказался пускать сразу 2 машины. Им было наплевать, кто сидел в автомобилях. Приказ был пускать только одну машину за раз. Тогда Мистер Ти превратился в «Мистера Голливуда» и заявил охранникам, что, если они не пустят обе машины, то он вообще покинет арену. Когда до Хогана дошла эта информация, он лично вышел к воротам и убедил Мистера Ти остаться. В итоге он едва не силой затащил звездную ТВ-задницу в Madison Square Garden.

Когда мы готовились к выходу на ринг, Мистер Ти стал дышать через кислородную маску. Я решил, что у парня какие-то проблемы со здоровьем и что нам придется провести матч без него. Оказывается, так он готовился к матчу. Это было частью «тренировки». Какой неудачник! Я подумал, что после того, как я с ним покончу, одной кислородной маски будет недостаточно!

Настало время начинать шоу, и я никогда не забуду шума и рева толпы, сопровождавших нас на пути к рингу — 20 000 орущих фанатов заполнили самую знаменитую арену мира! Помню, я подумал, что эти люди своей энергией могли бы выработать электричество, достаточное для освещения Бродвея, и Таймс-сквер, и еще пары улочек. Кстати о Бродвее, звезды из всех возможных областей жизни пришли посмотреть на живую историю рестлинга. Фрэнк Синатра, Глория Стайнем, Род Стюарт, доктор Рут Вестхаймер, Энди Уорхол, Либераче, Twisted Sisters, Литл Ричард, Дик Кларк, The Rockettes — список знаменитостей продолжался до бесконечности. А когда мы выбрались на ринг, нас поприветствовал Мохаммед Али, назначенный специальным рефери на матч. Я же вспомнил, как за несколько лет до этого, в Лос-Анджелесе, выбросил его с ринга во время его подготовки к бою, и надеялся, что он не захочет мне отомстить. С другой стороны, я чувствовал себя в безопасности, потому что уже виделся с ним на одной из пресс-конференций, посвященных WrestleMania, где сказал ему: «В прошлую нашу встречу я бросил тебя через бедро на задницу!». Он же просто посмотрел на меня и прикусил нижнюю губу — один из его знаменитых жестов.

В какой-то момент я оказался за рингом в пренеприятнейшем положении. Хоган выпрыгнул за ринг, я отвернулся, чтобы отойти от него, и оказался лицом к лицу с Мохаммедом Али. Он выбросил удар мне навстречу, но промахнулся, и мне пришлось решать, к кому бежать: к Али или к Хогану. Это был вопрос жизни и смерти. Хотя Али уже прошел пик формы, я решил пойти к Хогану. Так было безопаснее.


Дополнительные ссылки: ВКонтакте, Mail.RU, Dailymotion

Матч принес нам ошеломляющий успех, больший, чем мог предполагать МакМэн. А вскоре я узнал, как оценили мои усилия на WrestleMania. Матч закончился, когда Орндорф принял удержание после вмешательства Джимми «Суперфлая» Снуки и «Ковбоя» Боба Ортона, что позволило Хогану и Мистеру Ти покинуть ринг победителями, как все и хотели. Сразу после шоу проводилась крупная вечеринка для Хогана и Ти с морем шампанского и изысканной едой, но лузеров туда не пускали (как и принято в Америке). Ортон и я отправились в раздевалку, чтобы принять душ, и пока мы отмывали кровь и пот, оставшиеся после матча, победителей увезли на другую вечеринку. Высохнув и обнаружив, что мы совершенно одни (если не считать раздраженного уборщика, который просил нас убраться поскорее, чтобы он помыл раздевалку), мы пошли к лимузину на парковку, но машины там не оказалось. По кружной дороге мы добрались до другого выхода из Madison Square Garden в надежде поймать попутку, но там не было ни души, за исключением нескольких фанатов. Я сразу узнал конного полицейского, который помог мне въехать в здание в начале шоу. Мы попросили его вызвать такси, но парень в типичной нью-йоркской манере подсказал нам, куда идти. Пока он обливал нас помоями, его лошадь решила сходить по большому на наших глазах. Ортон, пылающий гневом, увидев, как кусок шлепается об асфальт, сказал: «Дерьмо». Падает следующий кусок, и Ортон говорит: «Дерьмо». В итоге он просто произнес слово «дерьмо» несколько раз подряд. По-другому и не скажешь. Почему нас не ждал лимузин? Почему на моих глазах гадит лошадь? И где все остальные?

Два часа назад мы участвовали в самом крутом шоу в Нью-Йорке, а теперь стоим на отшибе Madison Square Garden и наблюдаем, как срет лошадь! Это показывает, какое отношение к нам испытывали промоутеры. Обычно это не такой чувствительный и неожиданный удар по гордости, но в тот вечер все было так. Состоялось важнейшее шоу в истории рестлинга, и мы двое сыграли важную роль в его успехе, а в итоге нас бросили на произвол судьбы! Просмотрев кассеты с записью того шоу, вы увидите, как все, от кандидата в вице-президенты Джеральдин Ферраро до доктора Рут Вестхаймер, говорили: «Родди Пайпер, ты свое получишь!» Как оказалось, они были правы на множестве уровней. Я получил свое не только на ринге, но и вне его!

Но, по большому счету, кто в действительности собрал аншлаг на WrestleMania I? Естественно, рекламировали Хогана, ему же ставили шоу в заслугу, о чем свидетельствовали все эти вечеринки в его честь, но я искренне верю, что также сыграл значительную роль в успехе мероприятия. Я поставил на кон свою карьеру и задницу и был готов умереть на ринге, если бы это принесло успех Мании, и что я получил взамен? Ничего. Ни лимузина. Ни вечеринки. Ни даже благодарности. Мне пришлось заботиться о себе, пока Хоган и его братия где-то пили и гуляли за счет МакМэна. В тот момент во мне загорелась жгучая зависть. Как говорится: «Невозможно найти слово «сострадание» между словами «дерьмо» и «самоубийство» в словаре». Я вспоминал эту поговорку снова и снова в тот памятный вечер, когда обдумывал сложившуюся ситуацию.

В конце концов, если беспристрастно рассмотреть приложенные усилия к раскрутке WrestleMania, кто начал разжигать в людях интерес к шоу? Не Хоган. Я. Я рекламировал шоу неделями в «Яме Пайпера», которая была самой просматриваемой частью еженедельных шоу (а не матчи Хогана). Сегмент позволил нам раскручивать главное событие года во время любого шоу, а наша аудитория выросла в два раза, что намного превосходило любые надежды Винса. Хотя люди ненавидели меня, они покупали билет или включали телевизор, чтобы увидеть, что произойдет со мной. Стоит признать правду: люди посмотрели WrestleMania не ради матча Хогана, они хотели увидеть, как мне надерут задницу.

Окончание следует…