[Крис Джерико: Неоспоримый] Глава 6. Интерконтинентальные проблемы

Мои дела шли из рук вон плохо, однако в скором времени произошло то, что заставило меня как следует поразмыслить над истинной степенью серьезности моих проблем.

Мы записывали ТВ-шоу на арене «Nassau Coliseum» в Лонг-Айленде. Я делал разминку в подтрибунном помещении, когда мимо меня пронесся бывший игрок американской футбольной лиги NFL, а в тот момент – рестлер, Дарен Дроздов. Он спешил на свой матч против Ди-Ло Брауна.

— Эй, парень, сбавь-ка обороты, пока не покалечился, — сказал я, едва устояв на ногах.
— Посторонись, канадец, я опаздываю, — с усмешкой ответил он и скрылся из моего вида.

Несколькими минутами позже я услышал громкий крик. Зачастую, такой крик ясно дает тебе понять, что что-то пошло не так. Я рванул к монитору и увидел, как Дроз неподвижно лежит на ринге, а вокруг него собралась целая группа работников «скорой помощи»; Франсуа тоже был в их числе.

Дроз неудачно приземлился на голову, выскользнув из рук Ди-Ло Брауна, при попытке последнего провести мощную бомбу. Его неподвижное тело незамедлительно напомнило мне о моей маме. Мысль о том, что это может произойти со мной однажды во время матча и превратить меня в инвалида на всю оставшуюся жизнь, пробирала меня до костей. То, что я увидел тогда на мониторе — напугало меня до смерти, и я начал молиться.

— Господи, пожалуйста, помоги ему пошевелиться. Рука, нога, что угодно… пусть он пошевелится.

Но шли минуты и ничего не менялось.

Медикам потребовалось около получаса, чтобы погрузить тело Дроза на носилки и унести с ринга. Это было ужасное ощущение: видеть, как один из твоих братьев лежит без движения прямо в центре арены на глазах у тысяч людей.

Еще ужаснее было чувствовать себя благодарным небесам за то, что ты не оказался на месте своего товарища.

Шоу продолжилось. По его окончанию, я отправился в больницу проведать Даррена. Там был Винс, и все сидели молча, не имея ни малейшего представления о том, что сказать или сделать. Это было ужасное зрелище, но больше всех в той комнате я сопереживал ДиЛо Брауну. Он сидел в углу, закрыв лицо ладонями и было видно, как слезы медленно стекают по его щекам. Он винил себя в случившемся и, несмотря на то, что это был несчастный случай, ему придется жить с тем фактом, что Дроз уже никогда не сможет ходить.

Дроз никогда не винил никого в том, что с ним случилось; насколько мне известно, он и по сей день получает отчисления от WWE. Иногда, когда мы проводим шоу в Филадельфии, он навещает нас в своем навороченном инвалидном кресле, бодрый духом и всегда в отличном настроении. Он настоящий гигант и выглядит немного большим для своего маленького кресла, однако улыбка никогда не покидает его лица, и он всякий раз рад видеть каждого из нас.

Инцидент с Дрозом лишний раз напоминает мне о том, что лишь благодаря госпоже удаче я ни разу не получал серьезных травм на ринге; в тоже время — и о том, как сама мысль оказаться в подобной ситуации заставляет меня дрожать от страха.


Человека, отвечавшего за подготовку промо, немаловажного компонента в нашем деле, звали Стив Ломбарди, также известного как «Бруклинский броулер». Во времена выступлений в WCW, я успел как следует отточить свои навыки в ораторском искусстве, в то время как остальные мои коллеги не особо переживали на этот счет. И, тем не менее, когда Стив впервые попросил меня сделать промо для WWE, я не проявил заинтересованности. Как и Лекса Люгера (во времена его выступлений в WCW) меня меньше всего волновала лишняя практика моих, и без того очевидных, ораторских умений.

В конце концов Ломбарди выловил меня как-то раз и сказал:

— Я прошу тебя сделать промо не потому, что этого хочу я, а потому что этого хочет WWE. Когда они спрашивают меня, почему ты не делаешь этого, я не знаю что им ответить. В их глазах ты выглядишь будто заносчивая, самоуверенная звезда и это тебе не на пользу.

В очередной раз я теряю концентрацию, когда дело касается мелочей.

Я решил вернуться к своему персонажу времен WCW и сделать как можно больше записей, интервью, рекламных вставок со своим участием. Цель была в том, чтобы мое лицо засветилось везде, где это было возможно. Порой мне хватало и одного дубля, чтобы записать качественный материал. Когда же я путал что-либо или оговаривался, то прибегал к той уловке, что меня научил Рик Руд в WCW.

Клянусь.

— Я Аятолла лок-н-лол.. л.. Черт. Черт! Черт!!

И вуаля! Гарантированная вторая попытка.

Я только-только закончил промо для одного из ресторанчиков под маркой WWE, когда парниша с виду лет двенадцати настиг меня в коридоре подтрибунного помещения.

— Эй, как дела, Крис? Я твой большой фанат.

Я поблагодарил паренька и начал искать охрану, которая помогла бы ему найти его родителей.

— Как ты очутился за кулисами, приятель?
— Я теперь работаю здесь.

Работает здесь? Ну, возможно он был разносчиком хот догов или чьим-то сподручным. Я спросил его своим самым снисходительным тоном: — Действительно? И чем же ты занимаешься?

— Я новый сценарист Raw. Меня зовут Брайан Гевиртц и я с нетерпением жду начала работы с Вами.

Наступила новая эра WWE.

С этого момента я больше не являлся автором своих промо, вместо этого Винс нанял человека, который будет делать это за меня. Мне разрешалось вносить небольшие изменения, но больше никакого полноценного креатива. Всем теперь заправлял Брайан – и выглядел он так, будто еще не достиг того возраста, в котором уже можно пить пиво. Но у нас оказалось много общего и мы поладили. Наконец-то (с тех пор как Руссо ушел) у меня снова появился союзник в команде букеров.


Я полагал, что раз мои тяжбы с Чайной, наконец, закончились – мне дадут фьюд с кем-нибудь другим, но я ошибался. По неизвестной мне причине, Винсу нравилась «химия» между мной и Чайной и он хотел продолжения истории.

Босс пригласил нас обоих к себе в офис, и пока мы сидели в полной тишине, взаимная неприязнь между мной и моей спутницей витала где-то в воздухе этого помещения.

— У меня и сценаристов состоялась беседа и в итоге мы пришли к тому, что было бы неплохо сделать из вас совладельцев Интерконтинентального пояса. Впервые за историю WWE у одного титула будет двое хозяев. Вы будите вместе защищать его и в то же время спорить о том, кому же из вас двоих действительно должно принадлежать чемпионство. Я думаю — это будет бомба.

Я не мог поверить своим ушам: я должен буду делить титул с ней? Было бы лучше просто проиграть его ей, забыть об этом как о страшном сне и начать двигаться вперед.

Тем не менее, мне дали указания и я был обязан следовать им. В который раз моя работа заключалась в том, чтобы сделать из дерьма – конфетку.

Однако у меня было чувство, что я подписался на «невыполнимую миссию» и вряд ли в этой истории я — персонаж Тома Круза.

Итак, мы стали Интерконтинентальными чемпионами, после того как я провел Чайне «Немецкий Суплекс» и наши плечи одновременно соприкоснулись с рингом. Рефери отсчитал удержание до трех и вместо того, чтобы объявить ничью – он объявил нас Интерконтинентальными чемпионами.

Хуже не придумаешь.

Изначально идея Винса заключалась в том, что мы вместе будем осуществлять защиту титула, однако в итоге получилось так, что я боролся, а Чайна стояла в углу.

В одночасье я стал фейсом. Никто и не вспомнит, как я травмировал палец Чайны.

Изменения стали явными в тот момент, когда фанаты начали поддерживать меня, а не Чайну, но вместо того чтобы развить это и превратить во что-то стоящее, мое преображение не было подано официально и воспринято оно было прохладно.

Я должен был бороться с Гангрелом, и в тот момент, когда вмешается его помощница Луна, Чайна проведет Педигри за спиной у судьи. Затем я должен был провести Лайнсолт и удержать его, тем самым победив грязно, что для фэйса, в принципе, недопустимо. Мы начали раздражать фанатов и они ждали от меня чего-то нового. Слава Богу, Винс понял, что его эксперимент не удался и он решил прекратить его. Каким-то образом несчастный Боб Холли был вовлечен во все это и у нас состоялся бой, включающий трех претендентов на чемпионство на Королевской битве в Мэдисон Сквер Гарден (далее МСГ), победитель которого нарекался неоспоримым Интерконтенентальным чемпионом. После моего скромного дебюта в МСГ, я хотел оставить след в первом моем матче здесь. Я даже пригласил своего отца на шоу. Это было его возвращение туда, где он побеждал множество раз тридцать лет назад, и я был очень рад продолжить фамильное наследие и провести великий бой именно в Мэдисон Сквер Гарден.

К сожалению, моя традиция оказалась больше похожей на традицию семьи Гриффинов.

Когда ты прорабатываешь бой, лучшим способом сделать это является импровизация во время матча. Определяется начало, основная часть и финал, а детали вырисовываются в ходе боя. Но с Чайной все нужно было разжевывать заблаговременно.

Каждый уклон, каждое падение, каждый прием. Обычно у обоих парней в ринге есть основная идея, что должно происходить и если один из них стопорится, то другой всегда может вернуть его в колею. С Чайной это не работало. Но с другой стороны в матче присутствовал Боб Холли, который был очень опытным и прилежным работником. С таким парнем, как он вам не придется перекраивать детали матча на ходу. Если я бросил его на канаты и он прогнулся, это, априори, означало что я собираюсь провести ему бэкдроп.

С Чайной же все было гораздо сложнее.

— Я собираюсь провести тебе бэкдроп.
— Что?
— Бэкдроп.
— А?
— Бэкдроп!
— Это бэкдроп?
— Да, это бэкдроп.

И так снова и снова. Матчи в формате «тройная угроза» всегда очень сложны по своей сути, но на удивление, этот бой складывался весьма удачно, до того момента, как я выкинул Боба с ринга и вернулся к Чайне. Внезапно я оторопел, и у меня не было никаких идей насчет того, что делать дальше. В тот момент когда мы тупо уставились друг на друга на глазах у 18000 фанатов время как – будто бы замерло. Как будто я вдруг очутился в шкуре персонажа из Шекспировской постановки в театре Стратфорда-на-Эйвоне, и нужно было крикнуть «текст!», чтобы суфлер подсказал мне забытую мной строчку. Но на самом-то деле я был Шекспировским персонажем в Мэдисон Сквер Гардэн и не имел таких привилегий. Наконец, вместо подсказок «Быть или не быть», откуда-то в появилась голова Боба и зарычала, «Проведи ей бульдог, тупица!!!» и я в то же мгновение вернулся к реальности. Если бы не Холли, Крис Джерико, наверное, до сих пор стоял бы там пытаясь понять, какого черта ему нужно делать дальше.

В концовке я добил ее и расквитался с ней навсегда. Или нет?

К счастью, я начал новую историю, с Бобом. Мне нравилось работать с ним, потому что он был очень практичным человеком и умелым рестлером . Я не беспокоился о том, поставлю ли ему синяк или очень сильно ударю, потому что знал, что ему все равно и он всегда даст сдачу, рано или поздно. У нас были схожие взгляды, так же как и с Бенуа. Бей меня так сильно, как только хочешь — только постарайся не сломать мне нос или выбить зуб. Вот как мы работали, и поэтому у нас была пара очень не плохих матчей.

Тем не менее, у меня все еще оставались напряженные отношения с некоторыми людьми из раздевалки, но не было проблем с Бобом, и он помог мне сменить приоритеты мудро и бесконфликтно. Ребята знали о моих проблемах с DX и Винсом, и, в результате, я стал неким героем раздевалки. Я выстраивал отношения с людьми не самого высокого веса в компании, и начал заводить друзей, которые поддерживали меня и ценили то, что я делал на ринге. Боб всегда был рядом, он уважал то, что я сделал и чего достиг на тот момент, и, что еще более важно, он уважал меня.

Медленно, но верно, остальная часть ростера тоже начала меня уважать.

Я был счастлив от работы с Бобом и от мысли, что я наконец освобожден из клещей Чайны, до того момента, как Винс вызвал меня и Чайну в свой офис.

— Я собираюсь сделать вас партнерами!,- сказал он с огромной улыбкой на лице. — У нас тут два великолепных человека и вдвоем вы будете непобедимы!

Я чувствовал себя растертым в порошок, но Винс может сделать конфетку из экскрементов и продать ее, и в первое время, после того, как я вышел из его офиса, я был уверен, что это чертовски-хорошая идея. Но моя уверенность прошла через 3 минуты. Я был вновь обведен вокруг пальца.

Ну что же, мы должны были стать «амигос» и она должна была быть моей прислужницей? Будучи фэйсом, было не приемлемо позволять ей ходить вместе со мной и делить с ней славу. Это было даже хуже чем то, что мы делили чемпионство, но это в прошлом, и не было необходимости ей быть рядом со мной.

Или была?

У Винса были свои планы на Чайну, так же как и у него были планы на меня. Интересно о чем он думал. Он свел нас вместе для того, чтобы посмотреть, кто кого убьет первым?

К счастью для меня, помощь была уже близко.

Мои лучшие друзья из WCW последовали моему примеру, и перешли в WWE. Крис Бенуа, Эдди Герреро, Дин Маленко, и Перри Сатурн ознаменовали крупнейший исход талантов из WCW в Raw за всю историю Понедельничных Войн. Я был удивлен, неужели люди из WCW настолько глупы, отпустив их вместе, но я не удивился, что они все ушли. Эдди названивал мне месяцами, расспрашивая о работе в WWE, а Крис постоянно говорил, что хочет уйти. В WCW он ощущал себя узником, и так как я смог удрать первым, они решили последовать за мной.

Дин рассказал мне о том, что, когда я дебютировал в WWE он, Крис и Эдди собрались у телевизора за кулисами «Найтро», чтобы увидеть это, и как только я появился на арене, чтобы прервать Рока — один из продюсеров заставил их переключить канал.

Следуя логике WCW, я теперь был врагом, и они не могли больше быть моими друзьями.

То, что они появились в WWE, стало большим событием для бизнеса. Особенно это касается Криса и Эдди. В первом же матче, Бенуа был чисто удержан Игроком за 10 минут. А Крис уходил из WCW Мировым чемпионом. И снова стало ясно, Винса не интересует то, чего ты добился вне его стен, ты должен доказать ему свою состоятельность и быть достойным работать с ним.

Это был его Мир (Спортивного Развлечения), а мы лишь были его обитателями.