Более 20 лет я посвятил свою жизнь рестлингу. Стоило ли это того? Я не задумывался об этом как следует, пока не начал писать эту книгу.
То, что было… Мне нравилась часть работы, связанная с рестлингом. Как только звенел гонг, знаменующий начало матча, я наслаждался ею. Мне не нравились путешествия, физическое изнурение, политика и разочарование от того, что я всегда думал, когда же — или придет ли — мое время. Да, я не выиграл титул чемпиона мира; я даже ни разу не выигрывал второстепенный сольный титул. Но я проработал в крупнейшей в мире компании по рестлингу дольше, чем кто-либо другой, и заработал достаточно денег, чтобы уйти на пенсию задолго до того, как мне исполнилось 50. Это неплохо, но это потребовал много жертв.
Поскольку я так долго занимался рестлингом, теперь я каждый день живу с физической болью. У меня куча надоедливых травм — у меня совсем не осталось хрящей в локтях, поэтому я больше не могу выпрямлять руки, и всякий раз, когда я напрягаюсь, моя шея адски болит. Износ тела — это часть жизни — он просто ускоряется, когда вы зарабатываете на жизнь рестлингом.
Люди могут понимать, что рестлинг вредит вашему телу, но они не учитывают ущерб, который это может нанести вашей личной репутации. Более 10 лет мне говорили выходить к фанатам и быть неулыбчивым придурком — это была моя работа. Мне кажется, что теперь я всегда пытаюсь исправить эту репутацию. Люди, кажется, искренне удивляются, когда понимают, что я на самом деле не такой, каким был по телевизору.
Я не чувствую, что в рестлинге у меня появилось много друзей. Так устроена индустрия — есть люди, с которыми ты дружишь, и люди, которые являются хорошими друзьями, когда ты в деле, но когда ты вне его, твой телефон никогда не звонит. В рестлинге ты довольно быстро понимаешь, что всем наплевать на всех, кроме них самих, поэтому ты возводишь стену, чтобы защитить себя. Было много людей, которые мне действительно нравились, и много людей, которых я бы назвал друзьями, но нет никого, с кем я бы регулярно общался. Билли Ганн, вероятно, мой лучший друг в про рестлинге, но бывает так, что мы не разговариваем месяцами, а иногда годами. В конечном итоге, если у вас есть настоящий друг из рестлинга, то у вас уже есть что-то особенное.
Я думаю, что в жизни упустил некоторые обычные вещи, которые есть у многих людей. Я действительно хотел бы пообщаться со своим отцом. Когда я в последний раз общался с ним, это уже было после того, как попал в WWF, и мне было больно, потому что он так долго отсутствовал в моей жизни и не проявлял ко мне никакого интереса, пока я не «добился успеха» на телевидении. Я не хотел отношений с ним, основанных на моей славе. Тем не менее, чем старше я становлюсь, тем больше я жалею, что у меня не было хоть каких-то отношений отца и сына. Жаль, что я не пытался найти его раньше. У меня мог бы быть шанс узнать его хотя бы немного.
Я не виню рестлинг в распаде каких-либо моих отношений. Они просто не были правильными для меня. Это не имело никакого отношения к рестлингу. Я пропустил много важных моментов в жизни Стефани, потому что мне приходилось работать. Мне кажется, нужно было больше времени проводить с ней, хотя мне и хочется бы думать, что мы с моей тогдашней женой дали ей хорошее детство. Из-за моего графика было трудно сбалансировать все. Из-за рестлинга я чуть не пропустил выпускной Стефани. Я успел как раз вовремя, чтобы увидеть, как она идет получать свой диплом. Я был там ровно столько, чтобы сказать ей, что горжусь ею, и извиниться, потому что мне нужно было ехать в аэропорт, чтобы успеть на рейс. Когда у меня были выходные, я водил ее в торговый центр или мы ходили куда-нибудь поесть, но иногда это становилось для нее настоящим испытанием. Когда WWF был на вершине популярности, люди часто подходили, здоровались или просили автографы. Это расстраивало ее, потому что это отнимало у нее время со мной, и она не получала 100 процентов моего внимания. Это было очень тяжело для нее, и я думаю, что она немного обижена на рестлинг. Ей не нравилось делить меня с кем-то. Нельзя винить ребенка за то, что он не хотел делиться отцом со всеми остальными.
Я чувствую, что и рестлинг, и в целом жизнь пресытили меня. Чем старше я становлюсь, тем циничнее я смотрю на мир. Я помогал стольким людям, но те же самые люди отворачивались и били вонзали мне нож в спину. Сейчас я уже после пяти минут знакомства обычно могу понять, порядочный передо мной человек или нет. Это то, чему я научилась, находясь в окружении стольких сомнительных людей в рестлинг-бизнесе. Я все еще иногда попадаю впросак, но далеко не так часто или сильно, как раньше. Тем не менее, несмотря на то, что я пресытилась и осторожничал, я все еще вежлив, доверчив и полон надежд. Если кто-то заслуживает моей любви и доверия, я буду любить его и доверять ему полностью.
В День труда в 2009 году мы с братом были в гостях у нашей мамы. Мы смотрели DVD с его встречи выпускников, и я спросила, слышал ли кто-нибудь о Линде или знал ли, чем она занимается. Я действительно не ожидала, что он знает хоть что то. Я подумал, что он бы уже сказал мне, если бы знал.
— Да, я общаюсь с ней на Facebook, — сказал он.
Я спросил:
— Facebook? Что это, черт возьми?
Я понятия не имел что это такое. Социальные сети обошли меня стороной, но он показал мне, как создать учетную запись, и сказал, какая у нее теперь фамилия. Я поискал ее, и, конечно же, она была там. Это было так давно. Я не знал, что делать. Я сидел там целую вечность, просто глядя на ее профиль и думая: «Боже мой!» Наконец, я написал ей сообщение: «Это та девушка, которая разбила мне сердце 30 лет назад?» Я кратко рассказал ей, чем я занимался с тех пор, как мы виделись в последний раз, и сказал, что мне было бы интересно узнать, как у нее дела. Я отправил сообщение и стал ждать. Все эти годы я всегда задавался вопросом, что с ней стало. Я понятия не имел, где она, но я думал о ней каждый раз, когда слышал песню Боба Сигера. Я надеялся, что она ответит.
Ответ пришел позже в тот же день. Она была рада услышать меня. Она немного рассказала мне о том, что она делала с тех пор, как мы виделись в последний раз, и вот так мы снова начали общаться. Брат рассказал ей, чем я занимался, так что она всегда знала, что я был очарован рестлингом, когда был подростком, но была удивлена, узнав, что я зарабатываю рестлингом на жизнь. Мы писали друг другу сообщения а затем начали много разговаривать по телефону. Чем больше мы узнавали о жизни друг друга, тем больше мы понимали как иронично было наше положение.
После того, как она отслужила в Техасе, Линда уехала в командировку в Испанию. Она пробыла там пять лет, затем отправилась на авиабазу Поуп/Форт-Брэгг в Фейетвилле, Северная Каролина. В какой-то момент она служила и в Миннеаполис, штат Миннесота, и в Сакраменто, штат Калифорния. Я не могу сосчитать, сколько раз я боролся в Target Center и Arco Arena, расположенных в этих городах! Она была всего в двух шагах от меня, а я даже не подозревал об этом. Самая большая ирония заключалась в том, что она служила в Монтгомери, штат Алабама, шесть лет, а я жил в Мобиле — это всего в двух с половиной часах езды на машине. Моя школьная любовь была всего в двух с половиной часах езды! Она все время приезжала в Мобил, чтобы сходить на пляжи и на остров Дофин — иногда я думаю, сколько раз мы могли просто разминуться.
Но тогда я был женат и постоянно был в разъездах как рестлер. А она была замужем и тоже ездила по всему свету как военный. Однако в 2009 году не было никаких осложнений. Я был разведен чуть больше года, а она была вдовой четыре года. Для меня все произошло так, как и должно было произойти. Она была все тем же человеком, которым была в старшей школе: очень глупой, очень смешной и очень неуклюжей. Она снова Люсиль Болл. Примерно через месяц разговоров по телефону и переписываний мы решили, что хотим увидеться, поэтому я сел в машину, поехал в Дубьюк, штат Айова, и больше не уезжал. Мы поженились 28 июня 2010 года. Именно тогда началось мое «долго и счастливо».
Я, возможно, перестал заниматься рестлингом на постоянной основе, но я все еще очень активен. Несмотря на боль, с которой я живу ежедневно, я тренируюсь пять дней в неделю. Я много катаюсь на горном и шоссейном велосипедах. Здорово, когда есть кто-то, с кем можно поделиться этими вещами. Линда из таких. Мы постоянно вместе, мы часто ходим в походы. Мне нравится бывать в лесу; если бы я мог жить в палатке в лесу вечно, я бы это сделал! Когда эта книга поступит в продажу, я, скорее всего, буду тренироваться для участия в мероприятии Tough Mudder в Чикаго, которое представляет собой полосу препятствий, разработанную британскими спецназовцами. Это хардкор, как и я!
Когда я дома, я всегда работаю на своем Jeep и других моих транспортных средствах. Я по-прежнему люблю все, что связано с мотоциклами и автомобилями. Я провожу много времени в iRacing, интерактивном виртуальном гоночном симуляторе. Там гоняют многие парни из NASCAR, и это чертовски круто. Вдобавок ко всему этому, в конце 2011 года мы привезли домой Эбби, щенка австралийской овчарки, и она не дает мне скучать!
После всего того, что обо мне писали — что-то справедливо, что-то несправедливо — по крайней мере, теперь у меня появился шанс рассказать «Хардкорную правду». Теперь, когда люди будут составлять обо мне мнение, у них будет шанс узнать Боба Ховарда, человека, а не просто «Боба Холли, рестлера, представляющего WWE». Людям я могу нравиться или нет, я не собираюсь терять из-за этого сон. Я просто предпочитаю, чтобы они складывали мнение обо мне, обладая всеми фактами. Так они хотя бы придут к по-настоящему обдуманному мнению обо мне.
Ну что? Как я вам теперь нравлюсь?